Транснациональные репрессии становятся системной угрозой для демократий: авторитарные режимы все чаще преследуют критиков, диссидентов и представителей диаспор за пределами собственных границ.
Об этом говорится в материале Council on Foreign Relations.
По данным Freedom House, в 2025 году было зафиксировано 126 новых случаев физической транснациональной репрессии. Всего с 2014 года организация документировала 1375 подтвержденных случаев в 107 странах.
Авторы отмечают, что реальные масштабы проблемы могут быть значительно больше, поскольку многие случаи цифровой слежки, угроз, давления на семьи, запугивания диаспор и психологического давления не попадают в официальную статистику.
Китай назван самым активным государством в этой сфере. С 2014 года за КНР задокументировано 319 случаев транснациональных репрессий. В материале также упоминаются практики давления со стороны России, Ирана, Саудовской Аравии, Турции, Индии, Таиланда и других государств.
Отдельная проблема — использование международных правовых механизмов против политических оппонентов. В материале говорится, что в ряде случаев государства злоупотребляли системой Red Notice Международной организации уголовной полиции Interpol, добиваясь задержания диссидентов за рубежом под видом уголовного преследования.
Авторы также указывают, что Китай и Россия продвигают международные нормы с размытыми формулировками об “экстремизме” и “подстрекательстве”. Такие формулировки, по их оценке, могут использоваться для давления на политических критиков за пределами национальных границ.
По данным Freedom House, как минимум 54 государства пытались преследовать диссидентов за рубежом. В 2025 году шесть стран впервые были зафиксированы в таких практиках: Афганистан, Бенин, Грузия, Кения, Танзания и Зимбабве.
Материал подчеркивает, что транснациональные репрессии уже не являются инструментом только крупных держав. Менее влиятельные государства также начинают использовать похожие методы, поскольку цифровое наблюдение, дипломатическое давление и сотрудничество с другими авторитарными режимами делают такие операции проще.
Отдельно говорится о координации между авторитарными государствами. В Юго-Восточной Азии, по оценке авторов, Таиланд стал региональным узлом для передачи диссидентов и представителей меньшинств странам, которые добиваются их возвращения.
В Восточной Африке, как отмечается в материале, Кения, Уганда и Танзания также выстроили практику взаимного содействия в преследовании политических оппонентов за пределами национальных границ.
При этом демократические страны начали реагировать активнее. В 2025 году G7 — Группа семи — впервые выпустила формальное заявление по транснациональным репрессиям и представила практический набор инструментов для противодействия таким операциям.
Европейский парламент также потребовал санкций на уровне Европейского союза, координированного сбора данных и включения темы транснациональных репрессий во внешнюю политику блока.
В материале приводятся и отдельные примеры реакции демократий. Канада внесла изменения в Уголовный кодекс, Германия включила борьбу с транснациональными репрессиями в коалиционное соглашение, а в Великобритании и США идут расследования и суды по делам, связанным с иностранным влиянием и давлением на диаспоры.
Однако авторы считают, что ответ демократий остается недостаточно скоординированным. Главная проблема — отсутствие постоянного международного механизма для обмена данными о сетях транснациональных репрессий, совместных списков оперативников и согласованных дипломатических мер.
Ключевой вывод материала заключается в том, что авторитарные государства действуют уже не точечно, а системно. У них есть ресурсы, стратегия и растущая координация, тогда как демократическим странам необходима постоянная международная система противодействия таким операциям.
Ранее мы сообщали, что Россия расширяет репрессии против критиков за пределами страны: в Финляндии под удар попали активистка и профессор Хельсинкского университета.
Только главные новости в нашем Telegram, Facebook и GoogleNews!
Tweet