Информационная война во Франции: почему беженцы разрушают Европу?

Приход Макрона к власти

Эмануэль Макрон работал финансовым экспертом во французском Министерстве экономики, а затем в финансовой холдинговой компании Rothschild & Co, пока на него не обратил внимание действующий на то время президент Франции Франсуа Олланд. В 2014 году Олланд предложил молодому специалисту должность экономического советника и спичрайтера, а в конце этого же года Макрон занял место министра экономики Франции.

В 2016 году Макрон заявил о своем участии в президентских выборах 2017 года. Его президентская программа «Революция» тут же привела французов в восторг.

Но в выборах 2017 года участвовали влиятельные пророссийские кандидаты — Франсуа Фийон, Жан-Люк Меланшон, Марин Ле Пен. Победу с большим отрывом предсказывали Франсуа Фийону, бывшему премьер-министру Франции, представителю партии Союз за народное движение. Но неожиданно произошел политический скандал в связи с фиктивным приемом Фийоном на должность парламентского помощника собственной жены — Пенелопы Фийон. Его рейтинг значительно снизился, и во второй тур прошли идеологические противники — евроскептик Марин Ле Пен и, как его называли французские СМИ, «кандидат от Ротшильда» Эмануэль Макрон.

В ходе выборов осуществлялись мощные кибератаки. Организация по исследованию безопасности Trend Micro определила, что хакеры, которые пытаются получить доступ к учетным записям электронной почты, которые использовались для предвыборной кампании Макрона, принадлежали к «Fancy Bear», российской хакерско-шпионской группе, которая получила доступ к данным Национального комитета Демократической партии во время президентских выборов в Соединенных Штатах. Интересно, что после этого случая Национальный фронт Марин Ле Пен стал единственной партией, которая отказалась принимать участие в семинаре, устроенном Агентством по вопросам сетевой и информационной безопасности на тему кибербезопасности.

И все же на выборах Макрон получил на 3% больше голосов, чем Ле Пен, что принесло ему победу.

Это стало неожиданностью. Все указывало на то, что к власти во Франции придет пророссийский политик. Макрон начал воплощать свою «революцию». В результате длинного ряда проведенных реформ, Макрон стал одним из самых популярных людей мира, обойдя создателя Facebook Марка Цукерберга в списке самых влиятельных людей до 40 лет по версии Fortune.

Макрон и джихадисты

Одним из основных достоинств Макрона является то, что он, в отличие от многих его соперников на выборах, не планирует вести Францию ​​к «Фрекзиту». Макрон — евроэнтузиаст, он предлагает провести реформы ЕС, которые смогут укрепить Союз и сделать его более монолитным. Благодаря этому его видению, против Макрона началась мощная информационная война.

Макрон лояльно относится к мусульманам, доля которых составляет 5% населения Франции. 10 ноября он заявил, что хотел бы рассмотреть каждый случай возможности возвращения из Сирии и Ирака жен и детей французских мусульман. Французский филиал Russia Тoday сформулировал эту проблему так: «Возвращение детей джихадистов во Францию: угроза национальной безопасности?» После этого почти каждый день в разных изданиях выходит материал о Макроне и мусульманах, или же просто материал с титульной фотографией, на которой Макрон идиллически изображен рядом с мусульманами, даже если речь и близко не идет об этой теме.

Начало форсирования этой темы пришлось на 31 октября, когда в Le Monde вышла статья бывших журналистов La Liberation Юлии Паскуаль и Бастьена Бонифуса о захвате заложников у Венсенских ворот в 2015 году и о том, что Франсуа Олланд тогда предложил ввести чрезвычайное положение в результате этих террористических событий. 7 ноября эту тему продолжила развивать Russia Тoday статьей, посвященной Флориани Филиппо: «Фрекзит, война против радикального ислама и рука, протянутая мусульманам: Флориан Филиппо атакует».

Флориан Филиппо — лидер ассоциации «Патриоты», созданной под эгидой партии Национальный фронт. В результате он был вынужден покинуть партию именно из-за создания этой ассоциации, которая сейчас носит независимый характер. Ассоциация правого толка проповедует национализм, ксенофобию, даже ее крайнее проявление — Фрекзит, что послужило поводом для Агаты Меркант из Les Echos назвать программу «Патриотов» Филиппо копипастом программы Национального Фронта. Следовательно, эта группа похожа на марионетку Национального Фронта, удвоение сущностей ради сущностей.  11 ноября в Russia Today выходит вышеупомянутая статья о возвращении детей джихадистов.

И наконец 18 декабря в Дамаске, после принятия делегации российских официальных лиц и бизнесменов, президент Сирии Башар Асад обвинил Францию ​​в том, что она «несет флаг поддержки терроризма в Сирии с первых дней». Под террористами Асад подразумевал повстанцев, тех, кто воюет с его режимом. Однако, через некоторое время реальное значение его слов забудется, а брошенный лозунг останется.

Для чего нужна эта информационная война?

Для того, чтобы понять, насколько форсирование темы беженцев / джихадистов — удачный ход со стороны тех, кто пытается подмочить репутацию Макрона, необходимо учитывать 2 фактора. Во-первых, для французов тема терроризма является очень болезненной. Эта тема для них ассоциируется с исламским фундаментализмом, и поэтому не сложно при правильной подаче трансформировать эту боль в общую ненависть к мусульманам.

Во-вторых, 9 ноября в Le Monde появилось сообщение о том, что из-за проблем беженцев, которая сейчас стоит перед всем европейским сообществом, Германия стала уже шестой страной, которая готовится закрыть свои внутренние границы (это решение было принято немецким правительством 3 сентября , 2017). Германия наравне с Францией является главным бенефециаром и идеологом Еврозоны, а стало быть подобным решением она ставит под угрозу само существование ЕС. В таком случае Франция остается наиболее убежденным сторонником идеи Евросоюза, которую воплощает президент Макрона.

Однако, когда французские СМИ ежедневно производят материалы о чрезмерно лояльном отношении Макрона к «джихадистам», это как-никак формирует общественное мнение, и усиливает напряжение среди французского народа. В результате этого, общество поляризуется на два лагеря: ярые сторонники Макрона и ярые его ненавистники (кстати, общая доверие французов  к нему по сравнению с началом его президентского срока существенно уменьшилось). Кроме того, французы отворачиваются от идей, которые транслирует действующий президент, а следовательно, становятся более благосклонны к евроскептицизму. Новая Каледония уже заявила о проведении референдума самоопределения в 2018 году, на очереди Корсика, где националисты требуют признания автономии собственной территории.

Если произойдет эскалация конфликта в Израиле в связи с намерением Трампа перенести посольство США из Тель-Авива в Иерусалим, это может привести к новой волне беженцев в Европу. Выдержит ли ЕС новый вызов — покажет время.

Евгения Дольская