Путин–Лукашенко: игра в «дорожные карты»

Вчерашний сочинский мини-саммит Путина с Лукашенко выглядел крайне странно. Кажется, еще никогда подобная встреча не была настолько закрытой и внешне фарсово-бессмысленной. При этом, по уточнению БелТА, переговоры длились шесть часов. Но достоянием общественности стал лишь короткий фрагмент беспроблемно позитивного общения. А чтобы закамуфлировать пустоту, все разбавили видеокадрами снежных развлечений. С ума сойти, под какими судьбоносными заголовками выходили новости: «После переговоров Путин и Лукашенко катались на лыжах и снегоходах». Ну и никаких пресс-подходов – кушайте, что дают.

Читайте также: Россия поставит модернизированные автоматы Калашникова Беларуси

Неудачное интервью Тихановской – подарок Лукашенко

Но прежде стоит отметить, что перед поездкой в Сочи к Путину Лукашенко получил неожиданный подарок от Светланы Тихановской. Это ее вышедшее в пятницу интервью швейцарской газете Le Temps. Пожалуй, самое неудачное медиа-выступление Светланы за все время с начала протестов в августе.

Судите сами. «Я должна признать, что мы потеряли улицы, у нас нет возможности бороться с насилием режима против протестующих – у них есть оружие, у них есть сила, так что да, на данный момент кажется, что мы проиграли. Я знаю, что белорусы устали, боятся».

Понятно, что политик должен уметь признавать досадную картину. Но политик должен уметь говорить неприятную правду так, чтобы она не выглядела настолько демотивирующей. Тем более поразительно, что как раз следующий вопрос швейцарского журналиста опровергает обобщающий тезис «белорусы устали, боятся» и показывает, что дело не только в этом. Он привез для Тихановской вопрос от одного протестующего из Минска: «Когда все законные средства были безуспешно исчерпаны, должны ли мы теперь прибегать к незаконным средствам борьбы с режимом?»

А вот ответ Тихановской на вопрос, насколько можно сравнивать оппозиционные протесты в Беларуси и России и не стоит ли координировать их: «Цели и контекст этих протестов различны. В России это митинги против коррупции. Алексей Навальный – политик с долгой карьерой. В нашей стране мы хотим свободных выборов. Я не думаю, что мы должны сотрудничать. В отличие от Беларуси, в России они еще не достигли точки невозврата, еще не произошло ничего экстраординарного, есть еще место для созревания и развития движения. В России проходят демонстрации, в Беларуси революция. Хотя мне не нравится насильственный оттенок этого слова – так, в нашем случае мирная революция».

Тут есть какие-то верные пункты, но как безнадежно тонут они в странных и фактически неточных заявлениях (А что, в России оппозиция свободных выборов не хочет? Лаконичное «Путин – вор!» – это ж не против коррупции, а за смену коррумпированной власти… К тому же – так и не понятно, почему не нужно сотрудничать двум оппозициям в то время, как сотрудничают два диктатора?). Кажется, главный смысл этого спича – не разозлить Путина. А российская оппозиция, в которой некоторые ранее выходили на протесты с БЧБ-флагами, уж как-нибудь утрется.

Если политику не хочется отвечать прямо, нужно уметь изящно уходить от вопроса. Но этим искусством политика Тихановская, увы, пока владеет слабовато.

Так все же – зачем собирались?

А теперь вернемся к встрече Путин–Лукашенко 22 февраля. Не мудрено, что при крайней ограниченности информации российские и белорусские аналитики выдвигали довольно широкий веер версий, и то формулируемых расплывчато: «Переговоры прошли, но безрезультатно, никаких договоренностей достигнуто не было»; «Лукашенко приехал, чтобы переиграть договоренности, достигнутые на прошлой встрече в Сочи». Версии, которые нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть, но можно выдвинуть рядом еще с десяток таких же.

Давайте, однако, попробуем к чему-то привязаться в своих рассуждениях. Чем нынешний мини-саммит Путин–Лукашенко отличался не только от предыдущей их сочинской встречи, но и от других общений Лукашенко с путинскими эмиссарами в последнее время? А вот чем: ни слова не сказано о конституционной реформе. Хотя еще недавно Александра Григорьевича регулярно тыкали в нее носом, как нашкодившего котенка. А теперь – молчок.

Зафиксировали и идем дальше. Похож ли Путин на человека, который просто так, бесплатно отступится от направления, которого настойчиво держался в последнее время? Нет, совсем не похож. Из этого может быть лишь один вывод: Путин пригасил эту тему, потому что получил от Лукашенко нечто взамен. Но что? Попробуем определить, взяв сводную новость о встрече «Дорожные карты, газ и вакцины от коронавируса. О чем говорили в Сочи Путин и Лукашенко». Тут суть переговоров свели в три большие группы тем: взаимодействие двух стран; экономические вопросы; ситуация с коронавирусом. «Взаимодействие двух стран» подано декларативно, в духе «у нас все хорошо, а будет еще лучше». «Ситуация с коронавирусом» – обязательная программа для всемерного и всемирного промоушена российской вакцины «Спутник V». Остаются для ответа на поставленный вопрос только «экономические вопросы». Пробежимся по тезисам: «Лукашенко поблагодарил…», «заявил…», «выразил надежду…», «объявил…». И вот в качестве возможного ответа остается, кажется, один тезис: «По словам Лукашенко, правительствам Белоруссии и России осталось доработать шесть-семь дорожных интеграционных карт из 33 предусмотренных договоренностями».

И эти «дорожные карты», оказывается, вынесены не только в начало заголовка отчета о встрече. Свой спич «под камеру» Лукашенко начал тоже именно с них. Вспомнив прошлую сочинскую встречу 14 сентября, он говорит о 33 дорожных картах (направлениях), которые было решено модернизировать/обновить. И вот над ними в последнее время работали правительства РФ и РБ. Из них осталось доработать «шесть-семь» «дорожных карт», а «все остальные в принципе готовы к подписанию, поэтому план действий есть».

Роковые 33 карты – вместо 31-й

Получив путеводную нить в виде «дорожных карт», открутим весь клубок назад. Смотрим отчет о встрече Путин–Лукашенко от 14 сентября. О «дорожных картах» в открытой части публикации там упомянуто не было.

Откручиваем еще дальше – и вот сентябрь 2019 года. Премьер-министры России и Беларуси Медведев и Румас «скрепили своими подписями план действий и перечень «дорожных карт» по всем направлениям интеграции». И далее, по словам Румаса, «к подготовке определена 31 «дорожная карта». Отлично: тогда была 31, а теперь уже – 33. Запомнили и идем дальше.

В марте 2020 года российские медиа отдельно говорят о последней, «31-й «дорожной карте» по интеграции России и Белоруссии, в которой идет речь о создании 12 наднациональных органов, единой валюты и единого эмиссионного центра». И что же тогда отвечал на это еще «сильный Лукашенко», не познавший прелестей революции и необходимости ее кровавого подавления? По его словам, была достигнута договоренность с Путиным, что 31-я «дорожная карта» пока что обсуждению не подлежит.

Так было. Теперь же обсуждается не только 31-я, но и вновь появившиеся, 32-я и 33-я дорожные карты. Хотя и тут есть любопытный нюанс. БелТА прибегло к словесной эквилибристике, чтобы вернуться к прежнему числовому показателю дорожных карт, для «хозяина» более комфортному: «Лукашенко напомнил, что ранее было обозначено порядка 30 направлений по развитию сотрудничества».

И вот теперь можно переходить к выводам. Жестко подавив уличный протест, Лукашенко одновременно проявил готовность к возвращению темы «дорожных карт углубленной интеграции». При этом сам он уточнил, что теперь это будет называться иначе, поскольку «ребрендинг провели». И это понятно. Чтобы не было поводов для оживления протеста в Беларуси, вместо интеграции будут использовать эвфемизмы – «стратегическое партнёрство, союзничество, развитие сотрудничества». Но суть останется прежней – мягкое поглощение при сохранении внешних атрибутов независимости.

Лукашенко вынужден идти на это. Однако у него имеются и свои резоны. Прежде всего, это попытка и дальше выгодно продавать себя КНР. О чем он говорил на Всебелорусском собрании: «Мы не можем закрыть Китаю единственный путь в Европу, эту форточку через Беларусь. Мы не можем на это пойти, потому что мы люди благодарные и помним, что было тогда (2010-е годы, когда США и ЕС ввели санкции против режима Лукашенко, – ред.)». Что касается Кремля, то Лукашенко было бы очень выгодным ослабление (но не падение) Путина в результате новой волны протестов-2021, чтобы вассальная зависимость Москвы от Пекина становилась все более похожей на белорусский вариант…

Тем временем в Телеграм-канале Тихановской появился призыв к выходу на улицу 25 марта в День Воли (неофициальный праздник патриотически настроенных белорусов в память об объявлении независимости БНР в 2018 году). Этот день будет очень важным, показательным – выйдут люди на улицу или нет.

А там и российская предвыборная кампания начнет проявляться. У «штабов Навального» появится набор поводов для мобилизации сторонников. Скучно не будет.

Читайте также: Кредит за обстановку в Беларуси: Лукашенко приехал к Путину на “сочинский” поклон

Олег Кудрин

Источник

# # # # # # #

Только главные новости в нашем Telegram, Facebook и GoogleNews!