Зачем СБУ атакует IT-компании

Ни в одном случае СБУ так и не предоставила никаких доказательств противоправной деятельности

Гибридная война, которую Российская Федерация ведет против Украины, по определению начальника Генерального штаба российских вооруженных сил, характеризуется использованием для достижения желаемых политических целей в основном невоенных методов и инструментов. В соответствии с видением генерала Герасимова в современных конфликтах военные методы занимают лишь 20% от всех совокупно примененных средств, пишет руководитель Центра оборонных реформ Александр Данилюк в колонке на Новом Времени.

Несмотря на общеизвестность этих утверждений, с осени 2014-го года внимание как украинских, так и международных обозревателей сконцентрировано на чисто военной компоненте российской агрессии, которая состоит в фактически конвенциональной, хотя и не объявленной войне на Донбассе. В следствие этого без внимания остаются другие проявления российской агрессии, менее явные, но вряд ли менее важные.

К примеру, начиная с 2014-го года в Украине едва не каждый месяц происходят террористические акты, жертвами которых уже стали не только случайные гражданские, но совсем не случайные высокопоставленные офицеры украинских спецслужб. Произошло несколько покушений на государственных деятелей, включая Президента Украины и нескольких народных депутатов.

За это время трижды происходили диверсии на складах Вооруженных Сил Украины, которые привели к колоссальным потерям боеприпасов. Последняя диверсия произошла осенью 2017-го года в Винницкой области, за тысячу километров от линии фронта. В результате этой атаки были уничтожены площадки для хранения реактивных снарядов для системы залпового огня «Град», гаубичные снаряды калибра 122 мм и снаряды для танков.

Было проведено несколько мощных кибератак. В декабре 2015 года вследствие атаки на энергетическую инфраструктуру без света остались 230 тысяч украинцев. Повторная атака оставила без света часть киевлян и жителей столичного региона. В декабре 2016 года объектом кибератаки стали государственные финансы. Были заблокированы государственные платежи на сотни миллионов гривен и уничтожена часть важной информации, которая хранилась на серверах Минфина и Госказначейства. 27 июня 2017 года произошла кибератака вирусом-вымогателем, которая поразила компьютеры 80% предприятий в Украине.

Активно используются контролируемые противником СМИ, общественные и политические организации. В тесной спайке с российскими спецслужбами действует вражеское криминальное подполье. В США лишь в 2010 году ФБР были выявлены 11 агентов Службы внешней разведки РФ, которые действовали там под прикрытием. Очевидно, что в Украине российские спецслужбы имели и до сих пор имеют значительно лучшие условия для пенетрации, чем в США. Сложно даже представить, какое количество шпионов действует в украинских правительственных структурах, в силовом блоке и специальных службах.

Очевидно, что гибридные вызовы, с которыми сталкивается Украина, протянулись далеко от зоны непосредственно боевых действий, и требуют четкого взаимодействия между всеми органами национальной безопасности и обороны. Сложно переоценить в этом взаимодействии роль Службы безопасности Украины, которая является единственным контрразведывательным органом нашей страны, призванным не только выявлять скрытые и секретные операции противника, но и осуществлять меры, направленные на недопущение этих операций, и которая имеет право и возможности действовать на всей территории нашей страны.

Соответственно вопрос повышения эффективности работы СБУ, ее возможности сосредоточить все имеющиеся ресурсы на противодействии подрывной деятельности противника, является вопросом способности украинского государства выстоять в этой гибридной борьбе. К сожалению, несмотря на значительный прогресс, достигнутый в этом направлении за годы украино-российской войны, Служба безопасности Украины все еще далека от своих западных аналогов.

Препятствуют полноценному функционированию СБУ в качестве главного контрразведывательного органа страны выращенные в относительно спокойные годы независимости функции, что не имеют ни малейшего отношения к защите национальной безопасности, и на которые расходуются те драгоценные ресурсы, которых этой защите не хватает.

Для лучшего понимания возьмем численность СБУ. В особый период она составляет 31 тысячу человек, что соразмерно с 35 тысячами сотрудников ФБР. При таких условиях от СБУ можно было бы ожидать как минимум соразмерных с американскими коллегами результатов работы. Однако лишь часть сотрудников СБУ сосредоточена на поиске и обезвреживании вражеской агентуры.

Если проанализировать даже публичный отчет Службы о результатах своей работы, окажется, что значительное количество оперативных и следственных действий Владимирской сфокусированы на IT-компаниях, производителях электроники и монтажниках систем бытовой безопасности (домофонов и подобного). На всех этих предприятиях офицеры украинской спецслужбы ищут и находят так называемые «специальные технические средства» (к которым относятся не только устройства, а и программное обеспечение), не только использование которых, а даже владение которыми является уголовно-наказуемым преступлением. В соответствии со ст.359 Уголовного кодекса Украины владельцы таких «специальных технических средств» несут ответственность в виде лишения свободы на срок до десяти лет.

Что ж такого специального в этих технических средствах? Возможность использования этих устройств и программного обеспечения для тайной слежки за другими лицами. Для понимания, под это определение может попасть камера любого смартфона, его микрофон или GPS-передатчик. Любой домашний домофон может быть установлен таким образом, чтобы не быть заметным. Любая радионяня может использоваться для того, чтобы кого-то подслушивать. Этого вполне достаточно для того, чтобы офицерыукраинской контрразведки ловили неосторожных покупателей и бытовых установщиков всего вышеперечисленного. При этом стоит отметить, что речь не идет о лицах, которые используют подобные устройства для шпионажа или прослушки бизнес-конкурентов, поскольку шпионаж и нарушение неприкосновенности частной жизни сявляются отдельными преступлениями, предусмотренными отдельными статьями Уголовного кодекса.

Для понимания масштабов этого идиотизма достаточно привести очень простую статистику. За последние годы СБУ было зарегистрировано 1180 уголовных производств по ст. 359 УКУ, по результатам которых 480 уголовных дел были переданы в суд. За первые 9 месяцев 2016 года общее количество производств по статьям за посягательство на территориальную целостность Украины, шпионаж, осуществление террористических актов, втягивание в террористическую деятельность, публичные призывы к совершению террористических актов, создание террористических групп, поддержка и финансирование терроризма составляла 3582 дела. Для сравнения, в тот же промежуток времени в производстве следователей СБУ находилось 815 уголовных дел по «домофонам».

Чтобы понять, что это за дела и какой вред эти дела нанесли экономике Украины, можем привести несколько последних примеров.

В марте 2017-го года IT-компания YouControl была обвинена СБУ в продаже «специальных технических средств» и вмешательстве в работу компьютерных сетей государственных учреждений. В офисе компании были проведены обыски, изъято более 100 единиц оргтехники, документы и деньги. Через несколько дней Государственная судебная администрация, Минюст, Госстат, МЭРТ, Высший хозяйственный суд и ряд других государственных учреждений, которые фигурировали в аргументации СБУ, опровергли какое-либо несанкционированное вмешательство в работу своих систем. Несмотря на это уголовное дело против компании закрыто не было, имущество не было возвращено. Прямые убытки от действий СБУ составили более 3 млн. гривен.

В апреле 2017 года обыски прошли в офисе одной из крупнейших инвестиционных компаний Украины “Dragon Capital”. СБУ искала «шпионское программное обеспечение, которое причислено экспертами к специальным техническим средствам». В рамках возбужденного против разработчиков софта уголовного дела по ст. 359 УКУ у инвестиционной компании были изъяты компьютеры. Представители “Dragon Capital”утверждают, что на компьютерах были установлены программы, которые контролируют рабочее время сотрудников. Дело вызвало широкий резонанс и за компанию даже публично заступился премьер-министр Украины Владимир Гройсман. Однако уголовное дело так и не было закрыто.

Ни в одном из этих случаев СБУ так не предоставила доказательств противоправной деятельности, которая могла вредить не только национальной безопасности, но и другим охраняемым законом правам и интересам. Инкриминировано было владение тайным «специальным техническим средством», что и составляет предмет преступления. Лишь за последние 2 года в IT-компаниях произошло 20 подобных обысков и изъятий оборудования. Общая сумма убытков компаний оценивается в 40 миллионов долларов. Стоит отметить, что это лишь незначительная часть всех подобных случаев, про которые стало известно. Большинство предпринимателей, столкнувшись с подобными обвинениями, предпочитают не разглашать их, поскольку подобная информация может негативно повлиять на их коммерческую репутацию.

Несмотря на колоссальность этой проблемы решается она несложно. Еще в 2014-м году Верховной Радой Украины был принят Закон «Об усилении роли гражданского общества в борьбе с коррупционными преступлениями», которым декриминализируется владение «специальными техническими средствами». Президент, внеся к закону собственные пропозиции, поддержал положение о декриминализации и еще в декабре 2014-го года направил его в парламент для окончательного принятия. Однако, по непонятным причинам, народные депутаты после завершения парламентской выборной кампании и собственного переизбрания потеряли интерес к этой теме. Потому и далее тысячи сотрудников украинской спецслужбы, вместо тошо, чтобы ловить шпионов и террористов, занимаются домофонами, радионянями и кошмарят айтишников.